Промозглость,гололед,ватно-грязное небо - все заставляет вспомнить нечто приятно-далекое,с привкусом озарения).
Всякий,кто ходил в художественную школу,знает,что летние три недели,а то и месяц были отданы пленэру.Наш учитель вполне справедливо пренебрегал урбанизмом,выискивая ошеломляющие пейзажи.Нагруженные этюдниками и пакетами с едой,мы вламывались в природу,как варвары в Древний Рим. Мы сами себя так ощущали.На самом деле,компания больше походила на щенков охотничьих собак,которых вывезли в луга для пробуждения инстинкта).Все возились,громко переговариваясь,подыскивая место,жуя бутерброды,подсматривая в начатые наброски,пока вдохновение,явно рассерженное небрежением, не расставляло нас подальше друг от друга.
Я садилась прямо на землю,ощущая себя запечатанной в огромном кубе с прозрачно-воздушными стенками,которые приглушали звуки и цвета.Но одна грань всегда поддавалась : извне - касанию эфирмерной Идеи ,а изнутри - напору гранитно-безжалостного Надо.И пока Идея кокетливо заглядывала в глаза,Надо настойчиво толкало в спину.Будто стоишь у кромки скалы над морем,подбираешь пальцы ног,пристукиваешь пятками,поводишь лопатками,а внутри натягивается звенящая уверенностью тетива , и - ап! - полет.
Пренебрегая этюдником и палитрой,клала планшет прямо на колени,открывала баночки с гуашью,и,облизнув влажную кисть,опускала ее в краску - белила,охра,краплак,зелень - по порядку.Краска тягуче-сипорная,пахнущая медвяным ароматом дремлющей во время сиесты природы вокруг.Скрывая улыбку,словно юный воришка после первого - дерзкого - успеха,делала первые мазки на сероватом картоне.И пока они блестели лаковой влажностью,всматривалась в сочетания цветных линий,их переплетения.А вокруг витало ,что вот сейчас,еще немного,сквозь мизерное усилие откроется грандиозно-невообразимое нечто,что расцветит жизнь совсем иначе.Будто за спиной мялся смущенный ангел,не решивший что подарить - поцелуй или укус).
Всякий,кто ходил в художественную школу,знает,что летние три недели,а то и месяц были отданы пленэру.Наш учитель вполне справедливо пренебрегал урбанизмом,выискивая ошеломляющие пейзажи.Нагруженные этюдниками и пакетами с едой,мы вламывались в природу,как варвары в Древний Рим. Мы сами себя так ощущали.На самом деле,компания больше походила на щенков охотничьих собак,которых вывезли в луга для пробуждения инстинкта).Все возились,громко переговариваясь,подыскивая место,жуя бутерброды,подсматривая в начатые наброски,пока вдохновение,явно рассерженное небрежением, не расставляло нас подальше друг от друга.
Я садилась прямо на землю,ощущая себя запечатанной в огромном кубе с прозрачно-воздушными стенками,которые приглушали звуки и цвета.Но одна грань всегда поддавалась : извне - касанию эфирмерной Идеи ,а изнутри - напору гранитно-безжалостного Надо.И пока Идея кокетливо заглядывала в глаза,Надо настойчиво толкало в спину.Будто стоишь у кромки скалы над морем,подбираешь пальцы ног,пристукиваешь пятками,поводишь лопатками,а внутри натягивается звенящая уверенностью тетива , и - ап! - полет.
Пренебрегая этюдником и палитрой,клала планшет прямо на колени,открывала баночки с гуашью,и,облизнув влажную кисть,опускала ее в краску - белила,охра,краплак,зелень - по порядку.Краска тягуче-сипорная,пахнущая медвяным ароматом дремлющей во время сиесты природы вокруг.Скрывая улыбку,словно юный воришка после первого - дерзкого - успеха,делала первые мазки на сероватом картоне.И пока они блестели лаковой влажностью,всматривалась в сочетания цветных линий,их переплетения.А вокруг витало ,что вот сейчас,еще немного,сквозь мизерное усилие откроется грандиозно-невообразимое нечто,что расцветит жизнь совсем иначе.Будто за спиной мялся смущенный ангел,не решивший что подарить - поцелуй или укус).